Чудь

Селище Чудское


     С большими трудами Чудь отдает свои тайны.  Порой надо искать связи за тысячи верст от этих земель...
Итак ... в 1826 году в Санкт-Петербурге вышла книга «Заводы, бывшие И.Р.Баташёва, а ныне принадлежащие генерал-лейтенанту Д.Д.Шепелеву и его детям». Написал её журналист Павел Петрович Свиньин (1767 – 1839) – прообраз главного героя комедии Н.В.Гоголя «Ревизор».   В самом начале этого очерка говорится о первых рудопромышленниках «в сих местах» – Муромских  Посадских Даниле Железникове, Никифоре, Федоре и Кирилле Мяздриковых.   Именно они открыли «железные руды в дачах разных помещиков по обоим берегам реки Оки выше Мурома», «исходатайствовали указ на то из Берг-Коллегии и представили в оную образцы найденных ими руд».   Среди мест, указанных Муромскими Посадскими в списке найденных ими рудников, значатся «горы близ церкви Успения Богородицы».

     
 

     Так ведь церковь Успения Богородицы на горе, да ещё и выше Мурома находится в Чуди!  Значит, здесь был открыт рудник ещё в XVII – XVIII веках? Может быть, именно эта находка и дала импульс для последующих исследований окрестных территорий и появления металлургической промышленности, которой прославился ближайший «сосед» Чуди – Ардатовский уезд Нижегородской губернии?
     Эти предположения подтверждает наука, а точнее – памятник археологии, артефакты которого хранятся в Нижегородском государственном историко-архитектурном музее-заповеднике (НГИАМЗ). Называется он «Селище Чудское» и состоит из 62 предметов, найденных в 1,5 км к северо-востоку от села Чудь разведкой Е.А.Безуховой-Халиковой в 1959 году и экспедицией Л.В.Кольцова (Москва) в 1978-м.
     По нашей просьбе НГИАМЗ привёз материалы этого памятника из Городецкого хранилища, разрешил поискать в них чудскую руду и сфотографировать. Этого до нас ещё никто не делал!

 
 
     Побывав в секретной комнате музея и внимательно рассмотрев археологические объекты, мы действительно нашли Чудскую руду.  Вот она – на фотографии, которая публикуется впервые:

     

     Данные археологов говорят о том, что руда эта не обычная, а болотная.
Добывать её – дело нелегкое, поэтому Муромские Посадские и стали искать другие места для разработки рудников.
Однако этот кусочек болотной руды подтверждает, что Чудь входила в рудоносную зону Оки и её находка здесь привлекла внимание промышленников, в том числе братьев Баташёвых, к территории Муромского Заочья в целом.


     
 Это одно из черных Чудских болот, которые "дна не знают" и "железом пахнут". Местные говорят, что именно здесь в давние времена велись какие-то работы. Деды помнят, как из болота поднимали стволы деревьев необъятной ширины. Торфа здесь точно много, глубину не удается измерить до сих пор.
  Находясь в музее, мы решили уточнить датировку этого памятника археологии.
 Однако, как оказалось, что это одна из сложных тем для разговора. К примеру, по предметам из железа (нож, лодочная скоба), которые входят в состав коллекции памятника сделать это просто-напросто невозможно.
 Считается, что из-за их консервативной формы, которая не меняется на протяжении веков, сложно определить их датировку: то ли это нож древнего человека, то ли «бабушкин ножичек»!

     

По словам заведующей отделом истории НГИАМЗ Людмилы Дмитриевны Шакуловой, предварительно памятник был определен как двухслойный. Безухова-Халикова датировала культурные прослойки селища по фрагментам гончарной керамики двумя периодами.

     Первый период: XI – XIII века (по фрагментам стенок «древнерусских» сосудов из серой глины с примесью дресвы и крупного кварцевого песка в тесте, изготовленных на гончарном круге, печного обжига, орнаментированных линейным и зубчатым орнаментами в виде двух параллельных линий отпечатков гребенчатого штампа или колесика):
     


     В отчете своей экспедиции Безухова-Халикова отмечала, что такая орнаментация зубчатым колесиком или штампом не характерна для славянских памятников муромского течения Оки и встречается здесь сравнительно редко. Распространена она была в Рязанском княжестве, где датируется XI – началом XII века. Важно отметить, что, согласно справочнику «Памятники истории и культуры Горьковской области», вышедшему в 1987 году, материалы археологических разведок говорят о том, что правобережье Оки стало осваиваться славянами не ранее конца XII века.

     Второй период: XVI – XVII века (по фрагментам венчиков, стенок, днищ гончарных позднесредневековых славянских сосудов XVI – XVII веков). На фотографии этой части памятника археологии видно, что здесь есть и белоглиняная керамика (из белой, хорошо отмученной глины, что характерно для Оки), и красноглиняная, и более поздняя – темная, лощеная (чернолощеная) керамика:
   
 

     
 Однако позднее экспедиция Кольцова показала, что здесь есть и более древние артефакты.
 В итоге, современные специалисты выделяют на памятнике три группы керамики. Вновь открытая группа – самая древняя – включает в себя лепную от руки керамику с примесью шамота в тесте, найденную в подъемном материале.
 По текстильной фактуре внешней поверхности одного фрагмента ученые определили принадлежность этой части памятника к поздняковской культуре эпохи бронзы:

     
 

     Название «поздняковской» одна из древнейших культур получила по раскопкам поселения около села Позднякова Навашинского района (в нескольких километрах от Чуди). Археологи установили, что поздняковцы занимались мотыжным земледелием и скотоводством, знали металлургию меди и бронзы. Они были частью огромного историко-культурного массива южных «срубных» племен и принадлежали к ирано-язычным племенам. Расселились эти пришлые племена на территории к югу от Оки и Волги около середины II тысячелетия до нашей эры, быстро вошли в контакт с местным населением, в своей основе, волосовской этнокультурной среды, и к концу эпохи бронзы были полностью ими ассимилированы.
     Изучая этот многослойный памятник археологии, ученые установили, что славянское «Чудское селище» XVI – XVII веков полностью разрушило более древний культурный слой периода неолита. Основанием для таких заявлений стали материалы экспедиции Кольцова, когда в сборах были выявлены неолитические кремневые изделия предположительно волосовской культуры: нож на отщепе кремня с ретушью по спинке и отщеп кремня. Нож на отщепе кремня коричневого цвета напоминает человеческий профиль:
  
 


     Ну, а светлый отщеп кремня – человеческое лицо с картины Эдварда Мунка «Крик»:


    

     Обычно на некоторых орудиях труда древнего человека встречаются стилизованные вырезанные фигурки птиц и животных – тамги или пасы – знаки принадлежности к роду либо к большой семье, или знаки родовой, а затем и личной собственности.  Однако в Чуди, судя по всему, предпочитали изображать лица людей, чтобы проще было идентифицировать тот или иной предмет. Как знать, может быть, именно здесь и таким образом зарождался жанр портрета, а перед нами – работы первых в истории человечества портретистов?

Галина Филимонова, Руслан Филатов
В настоящей публикации использованы фотографии Галины Филимоновой и Руслана Филатова

Главное меню

Навигация по сайту

Нет изображений

Узнай, кто в окне?

Сейчас на сайте:

Сейчас 23 гостей и ни одного зарегистрированного пользователя на сайте